![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
далёкий близкий вулкан
Странное, трудно произносимое имя исландского вулкана не помешало ему стать членом нашей семьи.
Честно говоря, по-другому и быть не могло. Сразу несколько близких мне людей напрямую связаны с туризмом и авиаперевозками. И если в пятницу вечером вулкан дымил себе ещё где-то очень далеко, то уже в субботу утром он разбудил меня из соседней комнаты. Жена вместе с корреспондентом CNN облетала вулкан на вертолёте. Клубы густого чёрного дыма не сулили ничего хорошего. "Вот тут, совсем рядом, есть ещё один вулкан побольше", - показали мне жена с корреспондентом. "Если рванёт и он, мы все познакомимся с кузькиной матерью".
Потом позвонила тёща и сообщила, что последний раз вулкан извергался очень давно, но зато два года кряду. Finnair между тем передал, что через недельку другую он перестанет платить зарплату своим работникам. Телефон жены не замолкал от звонков клиентов. Настроение за завтраком было пасмурное, дождливое. Видимо для контраста, за окном, вопреки всем прогнозам синоптиков, светило яркое весеннее солнце, а на небе не было ни облачка. Только где-то высоко витала страшная вулканическая пыль.
Позже мы ещё много раз включали телеящик, чтобы свериться о состоянии вулкана. Так родители больного ребёнка ходят кругами вокруг детской, поминутно заглядывая внутрь, чтобы пощупать лоб, вытереть пот и печально вздохнуть раз-другой. Всякий, у кого болели дети, знает это ощущение. Сделать ничего нельзя, ничего не делать тоже невозможно.
Удивительное дело, как мы привыкли к к комфорту своего существования, и как хрупок, призрачен этот комфорт. Ещё несколько дней назад Англия, например, была буквально на соседней улице - можно было слетать в театр или даже поужинать; а сегодня, по прихоти природы, она уже совершенно недосягаема, где-то между Марсом и Венерой. 17000 рейсов отозвано за одну только пятницу, миллионы людей повисли где-то между точкой А и точкой Б. Один из друзей успел последним рейсом вернуться из Парижа, другой знакомый не улетел в Дубай. Национальные дирекции авиации изображают из себя психологов. Полёты вот-вот возобновятся. Сначала они должны были начаться в субботу утром, потом в субботу в обед, потом объявили о 6 часах вечера. Впрочем, кто же начинает летать вечером. Отложили до воскресенья. Потом опять до шести, вот-вот заведутся моторы и тысячи самолётов поднимутся в воздух...
Но моторы всё молчат.
Честно говоря, по-другому и быть не могло. Сразу несколько близких мне людей напрямую связаны с туризмом и авиаперевозками. И если в пятницу вечером вулкан дымил себе ещё где-то очень далеко, то уже в субботу утром он разбудил меня из соседней комнаты. Жена вместе с корреспондентом CNN облетала вулкан на вертолёте. Клубы густого чёрного дыма не сулили ничего хорошего. "Вот тут, совсем рядом, есть ещё один вулкан побольше", - показали мне жена с корреспондентом. "Если рванёт и он, мы все познакомимся с кузькиной матерью".
Потом позвонила тёща и сообщила, что последний раз вулкан извергался очень давно, но зато два года кряду. Finnair между тем передал, что через недельку другую он перестанет платить зарплату своим работникам. Телефон жены не замолкал от звонков клиентов. Настроение за завтраком было пасмурное, дождливое. Видимо для контраста, за окном, вопреки всем прогнозам синоптиков, светило яркое весеннее солнце, а на небе не было ни облачка. Только где-то высоко витала страшная вулканическая пыль.
Позже мы ещё много раз включали телеящик, чтобы свериться о состоянии вулкана. Так родители больного ребёнка ходят кругами вокруг детской, поминутно заглядывая внутрь, чтобы пощупать лоб, вытереть пот и печально вздохнуть раз-другой. Всякий, у кого болели дети, знает это ощущение. Сделать ничего нельзя, ничего не делать тоже невозможно.
Удивительное дело, как мы привыкли к к комфорту своего существования, и как хрупок, призрачен этот комфорт. Ещё несколько дней назад Англия, например, была буквально на соседней улице - можно было слетать в театр или даже поужинать; а сегодня, по прихоти природы, она уже совершенно недосягаема, где-то между Марсом и Венерой. 17000 рейсов отозвано за одну только пятницу, миллионы людей повисли где-то между точкой А и точкой Б. Один из друзей успел последним рейсом вернуться из Парижа, другой знакомый не улетел в Дубай. Национальные дирекции авиации изображают из себя психологов. Полёты вот-вот возобновятся. Сначала они должны были начаться в субботу утром, потом в субботу в обед, потом объявили о 6 часах вечера. Впрочем, кто же начинает летать вечером. Отложили до воскресенья. Потом опять до шести, вот-вот заведутся моторы и тысячи самолётов поднимутся в воздух...
Но моторы всё молчат.
no subject
Если вулкан будет и дальше извергаться, наступит нафиг зима летом, как в Штатах о 1816 годе. После того как в 1815 годе что-то поизвергалось.
В общем, то еще memento mori
no subject
no subject
Если можно, спроси у папы, почему рейсы туда-обратно всегда отличаются по продолжительности минут на 10-20, т.е. например, Бухарест-Москва 2:25, а Москва-Бухарест 2:40 ? От чего это зависит? Разными путями летят, что ли? Ветры враждебные? Или чего?
no subject
no subject
no subject
no subject
no subject
То есть как бы понятно, что можно, конечно, и пешком дойти ;)), и на машине доехать (много раз ездил), но по-настоящему сближают только самолёты.
no subject
no subject
no subject